Судебные привилегии духовенства Церкви в Риме IV–VI вв.

Московская Сретенская Духовная Семинария

Судебные привилегии духовенства Церкви в Риме IV–VI вв.

77




О том, что религиозная политика, проводимая императорами IV-VI вв. была направлена на расширение прав и полномочий Церкви, можно заключить из того, что императором Константином были расширены сферы компетенции церковного суда в области гражданского судопроизводства, которые мало изменялись впоследствии. Это подтверждает мысль о том, что император выделял Церковь и ее духовенство особым образом. Согласно политике, расширившей полномочия епископского суда, любой христианин мог прийти на суд епископа по любому гражданскому делу. Ранее епископ мог выносить свое решение только по делам внутрицерковным. В частности, как пишет об этом исследователь Н. Заозерский, «в случаях, когда христианин совершил уголовное преступление ― еще до того, как он будет осужден государственным судом. Соответственно наказания, налагавшиеся этим судом, имели также внутрицерковный характер».

Расширение сферы компетенции церковного суда епископа было регулируемо двумя законами, которые находятся в Кодексе Феодосия II (Codex Theodosianus) и в Сonstitutiones Sirmondianae. Согласно первому закону, «если кто-либо обратится “si ad episcopali judicium provocetur” (к суду епископа), то ему должна быть предоставлена возможность судиться, и таким образом передать дело из области регулирования светского права “ad legem Christianam” (христианского закона), даже в том случае, если дело уже начало слушаться в светском суде». Решение епископского суда считается непреложным, что бы он ни решил. Это означает, что решение епископа может быть принято произвольно, без ссылки на существующую норму права или прецедент светского суда. Однако дается пояснение, что дело может рассматриваться судом епископа, только если обе стороны согласны на это, поскольку суд епископа именуется «arbitrium», а для передачи ему дела требуется обязательство сторон исполнить его решение. Можно заключить, что речь идет о третейском суде, в том смысле, как о нем писал апостол Павел.

Больше важен, по мнению исследователей, закон 333 года, содержащийся в Constitutiones Sirmondianae, частном сборнике, составленном неизвестным западноримским автором и содержащем императорские постановления по церковным вопросам от 333 до 425 года. Этим законом император Константин утвердил свое решение о расширении полномочий церковного суда. Немецкий исследователь, разбирающий данный закон Константина, Г.Ф. Пухта пишет следующее: «Константин говорит о том, что он предписал ранее, чтобы решения епископов, каким бы образом они не были вынесены, выполнялись вне зависимости от времени… юрисдикция епископов распространяется на все сословия, а император заявляет, что все, обладающие полномочиями светской судебной власти, должны принимать к исполнению эти решения». Также Г.Ф. Пухта отмечает: «К епископскому суду может обратиться любой, будь то ответчик или истец, и на любой стадии процесса, даже в момент вынесения приговора светским судом». По всей видимости, перевести дело в рассмотрение его епископом можно было даже без согласия одной из сторон. Сам Константин пишет, что решение епископа расценивается как «суждение блюстителя священного закона».

Также этот закон установил, что все дела, которые рассмотрел епископ, считаются прецедентом к подобным и обязательны для исполнения гражданскими судами. Об этом пишет А.Д. Рудоквас: «Все дела, находящиеся в пространстве действия цивильного или преторского права, будучи разрешены епископским судом, приобретают характер не частной, а общей нормы, то есть становятся судебным прецедентом, обязательным к употреблению в светских судах в дальнейшем. Император также уточняет и то, что доказательство, признанное епископом в качестве такового, любой судья должен принимать не сомневаясь, и не должен выслушиваться другой свидетель, если сторона уже представила доказательства епископа, принятого в аналогичном деле». Данное указание, относительно доказательств епископа и их неоспоримости, вызвано отношением самого императора Константина к священному сану. В законе, который приведен в Кодексе Феодосия мы находим: «Епископское решение подкреплено авторитетом истины, незапятнанно и исходит от святого человека». 

Подобное положение играло огромную роль в положении христиан в империи, поскольку, имея возможность на любой стадии судебного разбирательства передать дело на рассмотрение епископа, христиане получили явное преимущество перед язычниками и последователями других религий для защиты своих интересов. А светские суды, согласно закону императора, должны были принимать решения епископов, и последующие дела рассматривать в интересах христиан (указание на решение епископа как на прецедент). Соответственно на начальном этапе, когда языческие храмы передавались христианам, то в этих разбирательствах преимущество всегда было в руках Церкви.

Таким образом, можно заключить, что во время правления императора Константина, и благодаря его законодательству, во многом для распространения христианства и повышения роли Церкви в империи сыграла привилегия церковного суда. На начальном этапе этот вопрос был важен, поскольку до искоренения язычества, которое было государственной идеологией до IV века, между христианскими общинами и язычниками возникали споры о языческих храмах, которые, согласно указам императора, передавались Церкви. И в этих вопросах христиане имели существенное преимущество, поскольку закон позволял перевести любое дело в ведение епископа, который, естественно, выносил решения в пользу христиан. А далее светские суды принимали схожие решения.


Из статьи Андрея Панкратова 

«Духовенство Церкви в Риме IV–VI вв.: материальное благополучие и судебные привилегии»